КОНТАКТЫ

Украина, г. Киев,
ул. Бассейная, 4,
"Мандарин Плаза" 5 эт.,
секция Е 6
тел.: /044/ 221 11 22
моб.: /067/ 488 88 54
факс:/044/ 221 38 79
dar@etc.in.ua

Бронирование отелей онлайн
Забронировать отель прямо сейчас



Наши партнеры



Ресторан средиземноморской кухни


Винная Италия и революция разночинцев

 
vinnaia_image001.jpg

Фото: Иван Бойко

В Италии свой ход времени. Вечно стоящий Рим, очень долго тонущая Венеция и Пизанская башня, растянувшая свое падение на века. У революционных движений, которые вроде бы должны время ускорить, здесь тоже странный характер. Никто не может отследить момент их начала и завершения, так что они во времени... растворяются. Где-то в шестидесятых затерялось рождение революции итальянского виноделия, но о ней до сих пор говорят так, как если бы это случилось вчера.

Первыми винными революционерами в Италии стали аристократы, Антинори и Иншиза делла Рокетта, рискнувшие делать в Тоскане вино из французских сортов и во французских бочках. Их примеру последовали столь многие, что возникла новая категория «супертосканских» вин, а нормы контролируемых наименований по происхождению (DOC) были пересмотрены.
Сегодняшние глашатаи всё той же революции призывают вернуться к аутентичным, исконно итальянским сортам винограда и технологиям. Аристократов сменили разночинцы, и на баррикадах теперь не каберне и мерло, а барбера, терольдего и просекко.


О PROSECCO ВСЕРЬЁЗ

«Его действительно можно пить в любое время суток, но к полудню оно становится совершенно необходимо»—так написал о просекко обозреватель английского винного журнала Decanter Стивен Спурье. Отношение к этому сорту винограда и одноимённому игристому вину всегда и во всём мире было, как бы это сказать, сибаритским. Можно ли серьёзно воспринимать лёгкое и сладковатое газированное вино, которое пьют, в основном, от безделья и ради утоления жажды?

Отношение это отчасти оправдано технологией производства—просекко делают резервуарным способом, то есть, грубо говоря, как «Советское шампанское». Однако аура «несерьёзного» вина в наше время оказалась нешуточным маркетинговым преимуществом. За последний год продажи просекко в Соединённых Штатах выросли на одну треть.
На волне технического переоснащения винных домов качество этого весёлого игристого вина заметно повысилось. О просекко впервые стали упоминать в солидных статьях по современному виноделию. А о холмистой зоне Valdobbiadene, лежащей у подножия Доломитов, заговорили как о настоящем терруаре, который способен передать характеру просекко минеральность, тонкую текстуру и долгий вкус.
Создателем первого «серьёзного» просекко стал семейный Дом Desiderio Bisol, история которого восходит к ХVI веку, а собственные виноградники в Valdobbiadene насчитывают 50 гектаров. Если учесть, что виноградники в этой части Венето принадлежат в основном мелким собственникам и редко превышают 1 гектар, то Бизолей можно считать просто гигантами.
Популярность просекко на мировых рынках растёт в самый подходящий момент—урожай 2004 года, который сейчас в продаже, был почти идеальным для этого вина. Долгая и довольно сухая осень позволила винограду полностью вызреть, а холодные ночи помогли формированию свежего и бодрящего вкуса.
Итак, ровно в полдень!


БАРБЕРА ПРОТИВ НЕБЬОЛО

Холмы Ланге создали для небьоло возможность достижения совершенства—того высшего качества, которое этот сорт обрёл в винах Barolo и Barbaresco. Выращивать здесь что-то кроме небьоло сегодня кажется делом странным и неоправданным экономически. Однако есть чудаки, влюблённые в гораздо менее престижный сорт барбера и сохранившие его на нескольких лучших склонах.
Одного из этих чудаков—которым, впрочем, и за своё Barolo вовсе не стыдно—зовут Лука Куррадо, и он возглавляет старый семейный Дом Vietti. Как и лучшее Barolo, его Barbera d’Asti La Crena и Barbera d’Alba Scarrone носят названия виноградников и производятся небольшими партиями, всего по несколько тысяч бутылок в год.

Сорт барбера в Пьемонте вообще распространён довольно широко, и даже в дешёвых винах он впечатляет живой игрой вкуса, яркостью красок и южной экспрессией. Но в лучших образцах он приобретает важное достоинство, которое Хью Джонсон называет уверенностью стиля. Полученные со старых лоз Barbera d’Alba или Barbera d’Asti (первое обычно полнее во вкусе, второе—стройнее и элегантнее) отличаются глубоким фруктовым тоном и аристократически сдержанной терпкостью, обнаруживая неожиданный потенциал для выдержки в течение доброго десятка лет.

Полемика по поводу использования французских бочек, разделяющая пьемонтских виноделов на «традиционалистов» и «модернистов», коснулась и барберы. Но, может быть, именно барбера ярче всего показала миру, что качество собранного винограда имеет для вина гораздо более важное значение, чем тара, каковой бочка, в принципе, и является.

Пока в продаже есть барбера 2003 года, её надо брать, и по возможности много. Дело в том, что барбера не самого лучшего урожая и не самого лучшего производителя может оказаться вином достаточно неуклюжим—суховатым и «зеленоватым»,—но что поделать, согласно старому правилу, есть годы, когда в Пьемонте трюфели удаются лучше, чем вина.


ОSELETA, ПО ЗАПИСИ

До северо-восточной части Италии эхо винодельческой революции докатилось чуть позже, и на какое-то время Венето и Фриули оказались в тени передовых вин Тосканы и Пьемонта. А когда местные виноделы всё же прониклись последними достижениями винно-технической мысли и постарались воплотить их все сразу, возникла проблема. Слишком многие вина вдруг стали похожи.

Сегодня винные дома находятся на пути к потерянной индивидуальности, заново открывая очарование лёгкого сухого «Соаве» и медитативность тягучего, сладкого «Пиколита», фруктовую сочность «Вальполичеллы» и терпкость крепкого «Амароне».
Одним из самых замечательных открытий на этом пути стал сорт Озелета, забытый и заброшенный, как выяснилось, незаслуженно. Он как будто создан для сегодняшнего продвинутого винного энтузиаста. Очень густой, исчерна рубиновый цвет сохраняется в этом вине долго, на протяжении нескольких лет почти не изменяя свою насыщенность. Плодовый аромат отличается таким ярким и узнаваемым гранатовым тоном, что может подкупить и винного сноба, и начинающего любителя. Вкус, контрастно оттенённый пряностью, долго удерживается минеральной структурой.

Озелета был открыт виноделами и получил благословение учёных. Винный Дом Masi совместно с профессорами миланского университета провёл исследование сортов винограда Северо-Восточной Италии, и выяснилось, что озелета—сорт более древний и «родной» для этого региона, чем, например, доминирующий в «Вальполичелле» Корвино. Результатом работы стало вино Masi Osar, которое пока ещё воспринимается как экспериментальное, но которое уже прогремело в среде итальянских виноделов. И пока главный винодел Masi Андреа Даль Чин рассказывает о чудесных свойствах озелеты с волнением влюблённого юноши, импортёры выстраиваются за его вином в очередь.


TEROLDEGO И ЖЕНCКОЕ К НЕМУ ОТНОШЕНИЕ

Посещение винодельческого хозяйства Элизабеты Форадори, что близ Тренто, оставляет странное впечатление—здесь всем, от ухода за виноградниками до маркетинга, управляют женщины. Красавице Элизабете поместье досталось от отца по наследству. Воцарившись в этом прекрасном винном матриархате, она открыла миру сорт терольдего.

Терольдего составлял добрую часть «дореволюционного» виноделия Северной Италии. Однако произведенный дедовским способом, он не вдохновлял ни профессионалов, ни просвещённых ценителей вина. («Понимаете, крестьян нельзя заставить выкорчевать лозу, которую сажал его отец и которая всё ещё плодоносит».) А чтобы хвалебные отзывы о нём пошли гулять по страницам Gambero Rosso и Wine Spectator’a, в виноделие должна была прийти жгучая брюнетка со свежим взглядом и твёрдым характером.

С решимостью, которую женщины демонстрируют во время генеральной уборки или переезда, она начала пересаживать лозы и закупать новые французские бочки. Через пять лет вышел первый урожай её нового вина Granato, которое торжественно ввело терольдего в пантеон винной славы.

Секрет нового вкуса терольдего был прост. Старые лозы этого винограда высаживались по системе «пергола», которая подразумевает небольшую плотность и высокую урожайность. Достаточно было перейти на систему «гийо» с низкой подрезкой и начать собирать не более 40 гектолитров с гектара, чтобы вкус вина стал насыщен-ным, тело—мощным, а танины—бархатными.

С тех пор характер вин из терольдего самые занудные винные эксперты сравнивают с лучшим сира, а самые большие романтики—с образом Элизабеты Форадори.


СЛАДКИЙ МУСКАТ

-К опытам французских актёров в области виноделия я отношусь скептически,—рассказывал мне лучший дегустатор Франции Мишель Беттан.—Однако сицилийский мускат Passito di Pantelleria от Кароль Буке мне кажется очень приличным.

Волна интереса к Сицилии поднялась, когда Новый Свет заразил всех симпатией к экспрессивным, солнечным винам. Европа встрепенулась и вспомнила о том, что у неё тоже есть юг. Южнее Сицилии что-нибудь найти было трудно. Но если первая волна популярности вынесла на экспортные рынки сицилийские вина из французских сортов (каберне, совиньон, мерло, сира, шардоне), то недавнее возвращение моды на сладкое заставило вспомнить и о вечных ценностях—«Марсале» и сицилийском «Пассито».

Об этом всегда забывают, но для многих Италия—страна сладких вин. Едва ли где-то ещё наберётся такое разнообразие белых и красных, спокойных и игристых, крепких и очень некрепких сладких вин. Они производятся почти во всех винных областях Италии—от самых северных до самых южных. Именно в Италии родилось определение сладких вин как «вин для медитации»—«vino di meditazione». Сегодня его используют во всём мире.

Если Marsala—это креплёное вино, которое проходит длительную выдержку (в бочке или в бутылке, в зависимости от стиля), то сицилийский мускат, произведенный из завяленного винограда («пассито»), особенно хорош, когда свеж и молод. Кароль Буке, недавно представившая в московском «Фошоне» свой сладкий мускат, призналась, что любит его и ещё, пожалуй, Chateau d’Yquem, а во Франции лично ей постоянно недостаёт солнца.


КАБЕРНЕ, КОТОРОЕ НЕ ПОХОЖЕ НА СЕБЯ

Тоскана—родина первой, «аристократической» революции итальянского виноделия. Вечные памятники ей—Ornellaia, Sassicaia, Tignanello и другие «супертосканские» вина—навсегда останутся в истории виноделия. Но если подвиг «революционеров-шестидесятников» состоял в том, чтобы сделать из французских сортов вино, не похожее на тосканское, то нынешнее поколение виноделов стремится к обратному. Продолжая исследовать возможности каберне и мерло, они стремятся избежать любого сходства с французским оригиналом. И когда их «бордоский замес» больше похож на Тоскану, чем на Бордо, они празднуют победу.

Полигоном для испытаний этой творческой суперидеи стали регионы, которые ещё недавно считались второстепенными: Morellino di Scansano, Vino Nobile di Montepulciano, Chianti Rufina и проч. Впрочем, и в самом Chianti Classico, на этом элитарном участке, расположенном между Флоренцией и Сиеной, тема нашла немало поклонников.

Над многочисленностью «супертосканских стрелков» в своё время иронизировал Хью Джонсон, написавший, что доза каберне, выдержка в новых бочках и дизайнерская этикетка составляют секрет нового итальянского виноделия.

Ирония не чужда и собственно виноделам Тосканы. Один из самых симпатичных и надёжных винных домов зоны Chianti Classico, Castello di Querceto (его вина два года подряд попадают в итоговый список Top 100 журнала Wine Spectator), назвал свою интерпретацию «супертосканы» словом «сignale», в честь кабана, который пожрал весь первый урожай винограда с молодых лоз каберне. Кабан попал на этикетку и полюбился топ-менеджерам российского ОХМК «Уральская сталь», которые по случаю корпоративного праздника выкупили у Castello di Querceto пять тысяч бутылок. Винодел Алессандро Франсуа оценил юмор наших металлургов и был очень доволен контрактом.


|

Песчаный пляж на берегу лазурного море, дайвинг вблизи прекрасных островов, отличное гостиничное обслуживание, экзотические места в которых Вы мечтали побывать все это острова тур.